October 18th, 2020

handprint

Вседозволенность и безнаказанность

Организация не возникает по щелчку пальцев. (Банально, да. Но иногда приходится начинать с банальщины.) Формальная организация оформляет уже созревшее для этого содержание, точнее оно само, для собственного удобства, себя оформляет — какие-то уже возникшие общие интересы и связи на основе этих интересов. Можно написать программу и устав, но организация на их бумажной основе не возникнет. И наоборот — организация годы и десятилетия может скрываться в недрах общества на основе неписаных правил и фактически существовать для тех, кто эти правила принимает, не закрепляемая никаким юридическим статутом. Организация в конечном итоге — это всегда самоорганизация. Организация "сверху" тоже возможна, но лишь тогда, когда самоорганизована организующая "верхняя" сила, которой эта организация подконтрольна.

Когда рухнул Советский Союз (в данном случае рассматриваемый нами не столько в пространстве, сколько во времени — не как союз национальных республик, а как санкционирующая "советский образ жизни" организация), на его руинах оказались две крупномасштабные самоорганизованные силы: государственная бюрократия и организованная преступность. Первая — ослабленная, но в силу своей природы, в основе которой "пирамида компетенций" (Сирил Паркинсон), сохраняющая относительное внешнее единство; вторая — наоборот, неимоверно усилившаяся, но раздираемая, опять же в силу своей природы, в основе которой паразитические, преступные интересы, самыми жестокими, кровавыми противоречиями.

Отождествление бюрократии и государства на том основании, что государство само по себе — фантом, а во плоти мол существует только "якобы" представляющая его интересы бюрократия, не верно. Государство — не просто фантом, это идеологический институт, т.е. фантом вполне реальный, пока его идеология отвечает существующим общественным связям и интересам. Но когда связи рушатся и идеология становится не востребована, то государство исчезает — фантом растворяется в воздухе. Но не растворяются в воздухе люди, выстроившие государственную пирамиду собственными телами. Постсоветскую государственную бюрократию (военную и гражданскую) удержала от быстрого распада, прежде всего, инерция накопленных личных связей. И однако распад всё равно был бы неминуем чуть позже, если бы... госбюрократии не удалось негласно заключить новый общественный договор на весьма необычных условиях. Другой стороной договора выступила организованная преступность, заменившая бюрократии отсутствующую в стране буржуазию.

Collapse )